Владимир Зал

Александр Сергеевич Пушкин и русский язык

Далее   Содержание            
Однажды главный начальник третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии Александр Христофорович Бенкендорф вызвал великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина для дачи объяснений. Александр Сергеевич ни перед кем не гнул ни совести, ни помыслов, ни шеи, к тому же был большим знатоком русской ненормативной лексики. Поэтому он дал Александру Христофоровичу объяснения в таких выражениях, которым позавидовал бы любой нынешний школьник.
Но Александр Христофорович тоже был, как говорится, не лыком шит - всё-таки боевой генерал, герой двенадцатого года, слуга царю, отец солдатам. Он дал Александру Сергеевичу суровую отповедь в таком художественном изложении, какому позавидовали бы многие из наших нынешних писателей. После этого Александр Христофорович потребовал от Александра Сергеевича изложить свои объяснения письменно для представления Государю. Александр Сергеевич объяснения изложил, присовокупив к ним ещё несколько специфических выражений, исполненных собственного достоинства и художественного блеска.
Покончив с этим, Александр Сергеевич поехал к Наталье Николаевне Гончаровой. Видя рассеянность и мрачность Александра Сергеевича, Наталья Николаевна поинтересовалась, не случилось ли чего. Александр Сергеевич подробно рассказал, как он, не сгибая шеи, дал объяснения Бенкендорфу, и какой ответ дал ему последний. На это Наталья Николаевна сказала:
- Да пошёл он куда подальше. Не печальтесь, Александр Сергеевич.
К этому Наталья Николаевна прибавила колкую тираду насчёт Александра Христофоровича столь специфическим слогом, что Александр Сергеевич, мастер художественного слова, даже немного позавидовал.
На другой день Александр Христофорович представил Государю объяснения Александра Сергеевича. Ознакомившись с ними, Государь сказал:
- Это умнейший человек в России. Оставьте его, Александр Христофорович, пусть идёт той дорогой, которую ему Господь указует.
К этому Государь, человек простой и прямодушный, прибавил ещё несколько крепких выражений из солдатского лексикона.
Но на этом история ещё не кончается. Спустя двести лет начинающий писатель Рогаткин обнаружил в архивах неизвестные ранее записки Александра Сергеевича, где был подробно изложен весь этот случай, с приложением копии объяснения Государю. Рогаткин осознал, какие сокровища языка ему открылись, и, как человек даровитый, использовал их в своём новом романе во всей полноте. Роман произвёл настоящий фурор: сначала среди издателей, затем среди писателей - здесь, правда, не обошлось без зависти, потом среди интеллектуалов и примыкающих к ним остатков интеллигенции, а там уж и среди всего русского народа. Появилось множество последователей, использовавших новый стиль. В литературоведении был даже введён термин «стиль Пушкина-Рогаткина».
Русский народ, впрочем, произведений Рогаткина не читал, да и Пушкина тоже не особенно штудировал, за исключением упомянутых записок и приложенного к ним объяснения. Но зато теперь русские люди точно знали, что Пушкин – это действительно наше всё.

            Далее   Содержание



При копировании материалов, пожалуйста, ставьте прямую индексируемую ссылку на сайт

© В.В.Заляжных
Рейтинг@Mail.ru